Найт-Сити продаёт секс буквально с каждой поверхности. Рекламные щиты, вывеска Wet Dream над лотком уличной торговки хламом, голограммы у входа в бордели складываются в плотный фон, мимо которого не пройти. Разработчики из CD Projekt RED вложили в эту часть сеттинга заметно больше труда, чем нужно для простой декорации.
Киберпанк как жанр давно работает с мыслью, что при гиперкапитализме принцип "секс продаёт" доводит телесность до самопародии. И Cyberpunk 2077 идёт дальше витрины и показывает устройство самого труда. Игра вполне доходчиво рассказывает, чего стоит зарабатывать телом в городе, где импланты, ремонт и аренда съедают заработок быстрее, чем он приходит.
Ютуберша Katie and Catburger недавно выпустила видео, посвященное как раз теме интимности в мире киберпанка. И выводы оказались ожидаемо печальными. Расследовательница пришла к игре с большим опозданием и отметила, что после трансгуманизма и одиночества, в топе интригующих её тем оказалось то, насколько жители города помешаны на сексе.
Секс-работников здесь не называют ни шлюхами, ни проститутками. В ходу термин "джойтой" (joytoy), и выбор слова работает на конкретную мысль. Сначала тело перестраивают под запрос клиента, а затем язык окончательно превращает живого человека в категорию товара.
Разговоры прохожих добавляют деталей, которых не найти в рекламе. Кто-то замечает, что импланты одной из работниц старше самого говорящего, и удивляется, где та находит запчасти. Другие сводят модификацию тела к формуле про вложения в себя. И тут речь идет не о самореализации, а о буквальном вложении средств в имплатны, чтобы продолжать выполнять работу секс-кукол.
Судьба нескольких секс-работников в сюжете показывает вторую половину этой логики. Товар, потерявший товарный вид, обслуживают ровно так, как обслуживают испорченный товар. История Эвелин Паркер разворачивается как раз по этой траектории.
Ключевая сцена находится в миссии "Автоматическая любовь", где Ви ищет Эвелин и попадает в клуб "Облака" на двенадцатом этаже мегабашни H8 в Уэстбруке. Заведением заправляют "Тигриные когти", а сама точка считается самым дорогим "кукольным домом" города. Перед сеансом клиента проводят через короткую формальную процедуру:
-
сдать оружие на стойке регистрации
-
оплатить сеанс, который обходится в 500 евродолларов
-
пройти профилирование, по которому алгоритм подбирает пару
-
назначить стоп-слово, обрывающее сеанс в любой момент
-
выбрать куклу – Ангела или Скай
Кукла и джойтой в этой системе занимают разные ниши. Джойтой отвечает за физическую часть, кукла работает целиком с человеком. Разницу обеспечивает чип куклы – мозговой имплант, перехватывающий речь, движения и воспоминания носителя.
При активации глаза куклы светятся розовым, а собственная личность уступает место синтетической, собранной под конкретного клиента. Алгоритм управляет моторикой и на ходу превращает данные профиля в поведение. А подавители памяти на поведенческом чипе блокируют любое воспоминание о сеансе.
Дальше начинается то, ради чего сцена и существует. Синтетическая личность знает, что Ви умирает, что Джеки мёртв, что делиться этим не с кем, а Джонни Сильверхенд не годится на роль собеседника. Кукла ни разу не осуждает, аккуратно подталкивает Ви к признанию про брошенную мечту и не бьёт по больному.
Администратор "Облаков" заранее готовит клиента к тому, что близость окажется неудобной.
Не бросайте сеанс из-за неловкости, иначе упустите нечто по-настоящему редкое.
Однако, эта иллюзия держится ровно до стоп-слова. Кукла приходит в себя, ничего не помнит и смотрит на Ви как на незнакомца, потому что политика конфиденциальности требует стирать память после каждой сессии. Скай, знавшая минуту назад каждый изгиб чужой души, теперь спрашивает, не случилось ли чего и не сделала ли она что-то не так.
За этим вопросом стоит вполне бытовой страх. Кукла боится, что версия её самой, которую она не в состоянии вспомнить, поставила под угрозу заработок и аренду. Игра переводит разговор о душе в плоскость платёжеспособности – всего за один диалог.
Настоящий товар "Облаков" не секс, а близость, и именно это отличает клуб от билбордов снаружи. В обычной работе ощущение того, что клиента видят и принимают, вырабатывается навыком и накапливается от сеанса к сеансу с постоянными посетителями. Что-то вроде психотерапии… с хэппи-эндом. Однако в будущем чип куклы устраняет саму необходимость в этом навыке.
Не остаётся ни пауз, ни неуверенности, ни риска сказать лишнее, так как профиль клиента уже содержит ответы. То трение, из которого обычно складывается познание другого человека, снимается автоматикой. Результат ощущается как человек, который любит вас с первого взгляда и знает, как это показать.
Название миссии идеально описывает технологию. Автоматизация редко убирает человека из процесса целиком, она сокращает его роль и упрощает задачу. Оставшийся труд почти всегда означает меньше квалификации и меньше прав на результат.
Кукла сохраняет тело и теряет владение продуктом, который производит. Чип превращает её в пустой сосуд под чужие желания, интересы и привычки, а собственные делает лишними. Однако в мире Cyberpunk 2077 привычки, воспоминания и манера поведения – все собираются в единый конструкт, который и называют душой.
Линия Джуди Альварес доводит эту тему до финала. Брейндэнс-техник "Облаков" вместе с куклами готовит захват клуба в квесте "Дворцовый переворот", где Майко Маэда предлагает свой вариант переворота вместо кооператива.
Если Ви поддерживает независимость кукол, "Тигриные когти" возвращают заведение силой, и о расправе Джуди рассказывает уже в задании "Отпусти меня, глубина".
