В 1999 году радиолог Николь Стрикленд отправилась в отпуск на карибский остров Тобаго. В первое утро она направилась к морю на поиски ракушек, но прогулка переросла в трагедию. Среди разбросанных на пляже кокосов и манго на земле лежали ароматные зеленые фрукты, похожие на маленькие яблочки. После попытки откусить кусочек приятный сладкий вкус сменился острым, жгучим ощущением и мучительными спазмами в горле.
Плод принадлежал Манцинелле (Hippomane mancinella), которую иногда называют «пляжным яблоком» или «ядовитой гуавой». Она растет в тропиках Центральной Америки и на островах Карибского бассейна. На испанском растение носит название – arbol de la muerte, что буквально означает «дерево смерти». Манцинелла занесена в книгу рекордов Гиннеса как самое опасное дерево в мире. Все части манцинеллы чрезвычайно ядовиты, и прямое взаимодействие с ней может стать смертельным.
Вид Манцинелловое дерево принадлежит к обширному семейству Молочайные. Дерево производит густой молочный сок, который сочится из коры, листьев и даже плодов и вызывает серьезные ожоги при контакте с кожей. Сок содержит ряд токсинов, наиболее серьезный из которых – форбол, органическое соединение из семейства дитерпеновых сложных эфиров. Поскольку форбол хорошо растворим в воде, не стоит даже стоять под этим деревом во время дождя. Из-за таких специфичных свойств в некоторых частях естественного ареала дерево даже помечают красными метками и ставят рядом предупреждающие знаки.
Почему же жители от них не избавятся? Манцинелловое дерево играет важную роль в местных экосистемах – заросли манцинеллы превращаются в отличный ветровой щит и защищают пляжи Центральной Америки от прибрежной эрозии. Дым горящего дерева вызывает воспаление глаз и даже временную слепоту – тем не менее, карибские плотники веками использовали древесину манцинеллы после тщательной сушки на солнце, которая нейтрализует ядовитый сок. Самая сильная же угроза смерти исходит от маленьких плодов, которые могут привести к летальному исходу, если обезвоживание в результате сильной рвоты и диареи достигнет точки невозврата. К счастью, для радиолога Николь Стрикленд все закончилось выздоровлением, и позже она подробно описала свое происшествие в журнале The British Medical Journal.
